Ударил ребенка

С 8 по 10 марта в городах России и Белоруссии пройдет благотворительная акция «Не виновата» в поддержку женщин, переживших домашнее насилие. В рамках акции проведут различные концерты и творческие мероприятия, вся прибыль от которых будет направлена фондам поддержки женщин, столкнувшихся с такой ситуацией. Две смелые героини поделились с порталом Москва 24 своими сокровенными историями и рассказали о страшных годах жизни с мужем-тираном.

Ангелина, терпела побои в течение 3,5 года

Фото: предоставлено героиней материала

С ним мы познакомились в интернете в 2012 году, но не на сайте знакомств, а в группе в соцсети, где обсуждали политику. В одном из острых споров, который разразился онлайн, за меня вступился парень, потом мы перешли на общение в «личке». Мне тогда было 23 года, а ему 31. Общались в основном на политические темы, но потом он пригласил меня встретиться. Я приехала просто пообщаться с соратником по взглядам, а он подарил цветы и сказал, что я ему понравилась.

Через какое-то время мы стали встречаться, но так как жили в разных городах, виделись только один раз в месяц, остальное время – онлайн. Внешне он мне не очень нравился, но подкупало то, что он уважал меня, понимал и не требовал ничего в сексуальном плане, зная, что я следовала принципу не спать до свадьбы.

Тем не менее, тревожные «звоночки» были уже тогда. Сам по себе он человек агрессивный, грубый, мог наорать без повода. Например, если у него машина не заводилась, а я что-то говорила в этот момент, у него вспыхивала агрессия.

При этом он открыто рассказывал, как бил первую жену и потом другую девушку, с которой был в отношениях. Но так как он говорил, что обе были гулящие, у меня тревоги не возникало: думала – ну я же не такая!

Предложения руки и сердца как такового не было, мы просто отдыхали на море, и он сказал, что по возвращении домой мы подаем документы в ЗАГС. Помимо того, что мне уже хотелось семью, детей и переехать в город покрупнее, где он как раз жил, давил еще один серьезный аспект: я была ему должна. Мы с мамой брали кредит в банке и не могли его погасить. Нас сильно жали коллекторы, тогда он взял и оплатил долг.

Так, через год после знакомства мы поженились. Любви не было. Даже помню, что перед тем, как ехать выбирать свадебное платье, я сидела на вокзале и плакала. А под конец еще узнала, что он пьет, хотя и обещал, что в семейной жизни с этим завяжет.

Накал страстей начался уже с первого дня совместной жизни, были какие-то оскорбления, он постоянно требовал, чтобы я заступалась за него в конфликтах в интернете. Потом он выпивал и предъявлял претензии: «Ты мямля, лохушка, и слова за меня не можешь сказать». Постоянные побои начались уже через пять месяцев. Он мог избить за какие-то мелочи: чай долго несла или картошку порезала мельче, чем он любит. А если мне в соцсети кто-то написал «привет», ему прямо крышу срывало, так сильно начинал ревновать. Любой разговор, даже о музыке, мог вызвать агрессию, много скандалов также возникало на фоне пьянок.

Как-то на одном из праздников опять затронули национальную тему, и он вскипел. Взял торт со стола и бросил его на пол. Потом он набросился на меня, я стала убегать в другую комнату, а он догнал и ударил меня по лицу. Из губы потекла кровь.

Дальше такие ситуации стали повторяться все чаще, он уже не мог остановиться. Я пыталась с ним разговаривать, выяснить, в чем проблема? Он ответил, что «пока побоев не было, то и не хотелось, а теперь сам понимаю, что когда срываюсь, то уже не могу остановиться, так и с прошлыми женщинами было». Он понимал, что это уже проблема, но на мои предложения пойти к психологу или наркологу отвечал отказом: «Не хватало еще, чтобы я до такого опустился».

Он мог издеваться надо мной на протяжении нескольких часов подряд. Унижал, садился на меня, избивал, в основном по голове. Потом кровь из носа шла.

После очередного раза у меня было сотрясение мозга и ушиб тройничного нерва, синяки по всему телу. Я хотела уйти, но он слезно извинялся, говорил, что любит и не может без меня, называл себя мразью и сволочью. В итоге я его простила, не ушла тогда. В течение года были побои и примирения, а еще через год я забеременела, стала зависимой от него, а он стал вообще неуправляемый.

Два раза после сильных побоев я ходила к врачу, но при этом никогда мужа не выдавала. Выдумывала истории: упала во дворе, неизвестные ограбили на улице. Ни в центры помощи, ни в полицию я не обращалась. Как-то в очередной раз он меня побил, а на утро сказал: «Интересно, а как это, жить и знать, что тебя в будущем отп**дят?». Тогда я поняла, что он не собирается меняться. Последней каплей стали разборки на очередном семейном празднике. Это было уже при его родителях. Отец тогда с ним разговаривал, объяснял прописные истины, но все без толку.

В итоге целых 3,5 года я терпела побои. Друзья про это знали, советовали уходить и даже предлагали его наказать, но я была против. Через год после рождения дочери мы разошлись. Хотя развод он до сих пор не дает, считает, что мы муж и жена. Иногда, когда захочет, может потащить меня куда-то. Пока был на заработках, присылал алименты, но сам говорит, что это не алименты, мы семья. При этом дочку он не видит, не интересуется, как она – ему все равно.

У меня и так была низкая самооценка, а сейчас вообще ниже некуда. Психика не выдерживает, срываюсь на всех. На мне ведь все: съемная квартира, мама на пенсии, ребенок, животные. Сейчас работаю завхозом, но параллельно учусь на педагога, когда закончу, собираюсь устроиться в отдел по делам несовершеннолетних. Осталось продержаться три месяца, там и зарплата хорошая будет, и не придется унижаться за помощь, чтобы кормить семью.

Ольга, терпела побои 8 лет

(имя изменено по просьбе героини)

Фото: предоставлено героиней материала

Мы познакомились 10 лет назад через общих друзей, когда пришли к ним в гости. Сначала все было романтично, фактически любовь с первого взгляда, и в принципе никаких тревожных знаков я не замечала. Отношения закрутились так быстро, что мы стали встречаться, и через полтора месяца я уже забеременела.

Сначала он вроде был рад, но потом оказалось, что он не готов принимать проблемы, возникавшие в процессе беременности. У меня был токсикоз, не всегда хорошо себя чувствовала, в итоге появилась необходимость лечь в больницу на сохранение. Тогда он начал как-то странно себя проявлять и требовать, чтобы я была такой же, как и в момент знакомства.

Он стал сам решать, ложиться мне в больницу или нет, потом запретил общаться с друзьями, потому что ему не нравились их советы. Уже тогда он старался все контролировать, начал читать мои письма, слушать все телефонные разговоры, запрещал ставить пароли и требовал, чтобы я ему все рассказывала. Причем считал, что делает это из хороших побуждений и во благо семьи.

На тот момент я училась, а он, будучи на четыре года старше, уже работал. Во время беременности мне пришлось взять академический отпуск, но после рождения ребенка он обратно на учебу меня не пустил.

Он запер дверь и сказал: «Все, твой институт закончен, теперь работать тебе не надо, это буду делать я. А твое дело сидеть, борщи варить, за ребенком ухаживать и делать все, что я скажу».

На работу тоже не давал устраиваться, однажды разбил мой телефон, чтобы я больше не смогла договариваться о собеседованиях. Потом разбил ноутбук, когда ему не понравилось одно письмо. Причем письмо было от подруги, где она просто вспоминала одного нашего общего знакомого. Он принял это как личное оскорбление, а с представителями мужского пола вообще запретил общаться.

Позже он стал звонить моим друзьям и подругам, что-то им говорил, после чего мое с ними общение прекращалось. Скорее всего, он серьезно запугивал людей, вплоть до угроз родственникам и убийства. С родителями мы тоже не общаемся, потому что они изначально были против нашей женитьбы. Таким образом, года через два я уже не общалась ни с кем из «внешнего мира». Просто смирилась с этим в какой-то момент и поняла, что если не делать лишних звонков и слушать его, то все будет более-менее ничего.

Но потом он стал драться, бить меня. Сначала это было не сильно: где-то толкнул, еще что-то. Но потом он стал чаще пить и через 2,5 года после женитьбы, прямо на Новый год, он устроил драку. Причем с нами была его мама, которой тоже досталось. Его взбесило то, что мы с мамой спокойно попросили его больше не пить. Мы пытались его остановить, но это было бесполезно.

После второго случая побоев я обратилась в полицию, но они отказали в возбуждении уголовного дела, потому что было недостаточно доказательств, что это сделал муж. По идее там проходили статьи 116 и 119 (ст. 116 УК РФ «Побои», ст. 119 УК РФ «Угроза убийством или причинением тяжкого вреда здоровью». – Прим. ред.). Когда пришел участковый, муж сказал, что ничего подобного в семье не происходит, что он «не бьет и нормально себя ведет, но может быть иногда наказывает», – это так у него называется. А после разговора с участковым ситуация в семье еще сильнее ухудшилась, муж стал вообще неуправляемым.

Когда он разбил мне нос, я ходила в травмпункт, но испугалась сказать, что это побои, ведь если бы там завели уголовное дело, мне бы не поздоровилось. Я боялась, что если это всплывет, он может просто меня убить.

Он запирал меня дома, пока синяки от побоев не заживали. Главным было, чтобы соседи этого не увидели. И старался бить так, чтобы следов было не видно, в основном по голове. Самое страшное, что в доме был маленький ребенок, который все это видел. Он тоже папу боялся, садился, закрывал уши, глаза, и пытался на все это не смотреть. Мне было очень тяжело, но огородить его от этого я никак не могла. Потом снова были обращения в полицию, но в какой-то момент я потеряла надежду, что они мне помогут. Пыталась сама поговорить с ним по-хорошему, но он просто не слышал.

Его агрессия могла наступить в любой момент: мог побить за то, что я забыла поперчить мясо, или сломать ребенку планшет за то, что он не пошел чистить зубы по первому требованию. Вдобавок вспоминал мне какие-то старые обиды и бил еще и за это. Скандалы и драки происходили волнами: то возникали, то утихали. Но в последний год периодов затишья практически не было.

Я терпела все это в течение восьми лет, но в какой-то момент районный психолог, к которому я ходила, поняла, что ситуация не меняется, и посоветовала обратиться в Кризисный центр помощи женщинам и детям. Она сама позвонила и сообщила, что мы можем туда приезжать. Тогда мы с ребенком собрали вещи, подождали, пока он уйдет, и вышли.

Сейчас, находясь в центре, я чувствую психологическое облегчение, со мной разговаривают специалисты, с ребенком также ведется работа, индивидуально и в группе. Хотя муж знает, где мы. Уже звонил и говорил, что мы его позорим, что у нас в семье все нормально, и мы должны вернуться обратно. Но понятно, что ничего не изменится. Перед тем, как уйти, я уже подала заявление на развод. Сейчас идет бракоразводный процесс, а я определяюсь, где мы будем жить и куда устроиться работать.

Оглядываясь назад, я понимаю, что надо было уходить раньше, когда уже начался контроль, даже еще не побои. Женщинам, находящимся в подобных ситуациях, обязательно нужно обращаться в полицию, но безопаснее делать это уже из кризисного центра. Рисковать не следует, ведь такие люди могут действительно покалечить, если не убить.

Куда обращаться, если вы стали жертвой домашнего насилия

Фото: / djedzura

В Москве при Департаменте социальной защиты населения действует «Кризисный центр помощи женщинам», это единственное государственное учреждение в столице, основным направлением деятельности которого является помощь в подобных ситуациях. Стационарные отделения кризисного центра предоставляют 70 койко-мест на временное проживание женщинам (одной или с ребенком), пострадавшим от психофизического насилия в семье. Помимо государственного центра, помощь женщинам оказывают и различные некоммерческие организации.

Если стационар города принимает только москвичей, то на «телефон доверия» (8-499-977-20-10 или 8-488-492-46-89) могут позвонить женщины из любой точки страны. Ежедневно на «телефон доверия» и «горячую линию» (стационар) поступает около 25 звонков. Всего с 2014 по 2018 гг. за психологической помощью женщинам и детям в Центр поступило более 44 тысяч очных обращений и почти 24 тысячи обращений на «телефоны доверия». Примерно 10–15% позвонивших женщин решаются обратиться в центр и пройти реабилитацию. Жители других городов перенаправляются в профильные государственные или некоммерческие организации по месту проживания.

Как отмечают специалисты Кризисного центра, физическому насилию, как правило, предшествует длительное психологическое насилие в виде постоянных оскорблений, насмешек, критики любого мнения женщины и так далее. Поэтому в первую очередь женщине в такой ситуации необходимо обратиться за квалифицированной помощью к психологу.

Если вы подверглись физическому насилию в семье (это относится и к тем случаям, когда следов побоев на теле не видно), необходимо продумать план безопасности себя и детей, обратиться за квалифицированной помощью в Кризисный центр помощи женщинам и детям.

При получении телесных повреждений (рассечение кожных покровов, переломы, гематомы и других) в результате физического насилия в семье, необходимо обратиться в полицию, документально зафиксировать побои и повреждения, а также найти убежище, чтобы изолировать себя от обидчика. Если женщина получает убежище в стационаре, то ей незамедлительно оказывают психологическую, медицинскую, социальную помощь. Если решает укрыться у родственников, то она также может обратиться за помощью в Кризисный центр. Это относится ко всем пострадавшим, включая свидетелей насилия, чаще всего это дети.

17-летний житель города Высокое Артем Е. подозревается в покушении на убийство. По версии следствия, 26 февраля парень несколько раз ударил топором по голове своего отца. Сейчас мужчина в тяжелом состоянии в реанимации, парень сидит в СИЗО. Мать подозреваемого рассказала TUT.BY, что происходило у них в семье и почему ее сын схватился за топор.

Подозреваемый Артем Е. Фото: соцсети

О произошедшем месяц назад в Высоком вспоминают до сих пор. В некоторых магазинах города, говорят мама и учительница Артема, даже стоят коробочки для пожертвований на адвоката для парня, который сейчас находится в следственном изоляторе. Уже, говорит мама, собрали около 2 тысяч рублей. Местные о мальчишке отзываются тепло, характеризуют исключительно положительно, а плохого за ним либо не замечали, либо не помнят.

В Высоковской школе Артем был почти отличником. Средний бал аттестата после 11 классов — выше 8, рассказала TUT.BY его бывший классный руководитель Наталия Ивановна.

— Учился хорошо, очень дисциплинированный, ответственный, добрый. Первый придет всегда на помощь. О нем плохого ничего сказать не могу, только хорошее, — говорит педагог.

— На учете семья не состояла. Ребенок адекватный, хороший. Он никогда ни на что не жаловался, ни на его семью никто не жаловался. Поэтому мы даже предположить не могли, что такое может случиться, — говорит завуч школы Наталья Бовш.

После 11 классов Артем хотел поступать в Брестский госуниверситет. На бюджет он не прошел по баллам, вернулся в Высокое и подал документы в местный сельскохозяйственный колледж, чтобы год не терять. Там и учился вплоть до задержания.

«Артем даже в письмах старается меня не расстраивать»

В день нападения, 26 февраля, Наталья была дома, но не может рассказывать обстоятельства трагедии, так как дала подписку о неразглашении.

По версии следствия, вечером сын поссорился с отцом и ударил его несколько раз топором по голове. Потерпевший упал, а Артем, предположив, что отец умер, ушел в другую комнату.

Скорую на место происшествия вызвала мать. Отца доставили в больницу, а Артема забрали в СИЗО. Мама сына пока не видела — из-за эпидситуации в учреждении ограничили личные встречи. Пока Наталья с Артемом могут только переписываться.

— Артем даже в письмах старается меня не расстраивать. Пишет так, чтобы я о нем не беспокоилась. Пишет, что сидит в двухместной камере, что сосед у него чуть-чуть старше, но они с ним нормально общаются. Пишет все что угодно, лишь бы я не волновалась, — рассказала Наталья.

С мужем Наталья также пока не виделась — по тем же причинам. О его самочувствии она знает от врачей. Муж все еще в реанимации, состояние тяжелое. Прогнозы медики пока не дают.

«Наказание должно быть соразмерным»

В отношении Артема возбудили уголовное дело за покушение на убийство. По закону, ответственность за покушение на преступление наступает по той же статье, что и за оконченное преступление. Ему как несовершеннолетнему грозит срок до 12 лет лишения свободы.

— Мы надеемся, что суд разберется в этом деле. Да, действительно, преступление было — и наказание должно быть. Только соразмерное, — считает мама мальчика.

Номер общенациональной горячей линии для пострадавших от домашнего насилия — 8−801−100−8−801. Она работает каждый день с 8 до 20 часов.

Сюда могут обратиться жертвы насилия, свидетели, те, кто опасается попасть в подобную ситуацию.

По вторникам (с 8.00 до 20.00) и субботам (с 14.00 до 20.00) консультирует юрист. В остальное время звонки принимают психологи. Помощь оказывается бесплатно, конфиденциально и анонимно.

Использование материала в полном объеме разрешено только медиаресурсам, заключившим с TUT.BY партнерское соглашение. За информацией обращайтесь на [email protected]

Фото: Fotodom.ru

Меня всегда волновал один вопрос. Почему мужчины так безжалостны по отношению к своим женщинам, а к совершенно посторонним дамам снисходительны, приветливы и любвеобильны. Откуда такое жестокое убеждение, что любимая стерпит все?

Иногда складывается ощущение, что женщина продала печень мужа пока он спал. И он, обнаружив ее отсутствие, устраивает неприкрытый террор в доме. Припоминает жене каждый промах, ошибку и недостатки по списку. «Я же говорил тебе сто раз чего ты тупишь», «ты почему такая глупая»… Это, пожалуй, самое «лайтовое» из того, что мне приходилось слышать от женщин, с которыми я работаю.

На свою любимую женщину можно срываться из-за отсутствия настроения, игнорировать ее вместе с интересами и потребностями. Опоздать, не сдержать слово. Казалось бы, именно твоей женщине должно достаться самое лучшее, но нет. Все совершенно наоборот.

Постепенно такое неуважительное отношение выходит за рамки человеческих, и мужчина начинает применять силу, чтобы напомнить женщине о своей причастности к сильному полу. Бьет — значит любит! Придумавший это высказывание, как и те, кто непременно им пользуются в жизни, личности с явно выраженной психической патологией.

Каждый час в России от рук мужа или сожителя погибает одна женщина. Около 700 тысяч женщин ежедневно подвергаются избиению в семье. Статистика ужасна! Как и то, что представители сильного пола теряют свое лицо, превращаясь в извергов и тиранов.

Мне часто приходится общаться с жертвами домашнего террора и мне кажется, что российская женщина начинает привыкать к тому, что неотъемлемая часть «нормальной» семейной жизни — это когда муж избивает свою любимую.

Казалось бы, мужчина должен быть источником безопасности для своей женщины и детей. Оберегать любимую от угроз внешнего мира, создавая для нее комфортные и безопасные условия жизни. Должен, но не все это понимают.

Почему мужчины бьют женщин?

Марк Бартон Фото: телеканал «Ю»

Многие женщины, ставшие жертвами домашнего тирана, даже испытывая угнетение и депрессию после побоев, ищут оправдание не человеческому поступку своего мужчины. Придумывают, анализируют и продолжают отношения.

Чувствуя свою безнаказанность и власть над женщиной, мужчина непременно возвращается к последнему аргументу — доказать силой, избить. Сталкиваясь с трудностями и терпя поражения, мужчина приходит домой, желая получить порцию восхищения и утешения.

Мужчина с нормальной, здоровой психикой получает желаемое, выстраивая с любимой женщиной доверительные и уважительные отношения. Что же делает тиран? Потерпев фиаско в мире мужчин, он приходит домой и начинает действовать проверенным для себя способом. Перед тем как ударить, мужчина подвергает женщину эмоциональному насилию.

Женщина и здесь находится в полной зависимости от эмоций и настроения мужа. Мужчина самоутверждается за счет женской слабости и своего гнилого превосходства. Каждый раз избивая свою женщину и видя ее терпимость, он убеждается в своей правоте: «терпит, значит чувствует себя виноватой»

Женщина написала заявление в полицию.
Мама 10-летнего волжанина Хаяла Нагиева рассказала подробности происшествия в их семье. В воскресенье, 3 ноября, мальчик прибежал домой после прогулки в слезах: его побил взрослый незнакомый мужчина за то, что ребенок во время игр бил пристройку к его балкону палкой.
Как редакция «Блокнот Волжский» сообщала накануне, неравная драка между мальчиком и мужчиной случилась во дворе дома № 70 по улице 40 лет Победы. Найти мужчину самостоятельно родителям не удалось и они обратились в правоохранительные органы.
— Он находился во дворе соседнего дома, зашел за другом. Мужчина, как рассказал сын, неоднократно просил его не бить по пристройке к балкону. В тот день он заметил ребенка около их дома, схватил его и ударил по лицу, потом потащил к своему балкону и еще раз нанес удары по голове и щеке, — рассказала волжанка.
Со слов заботливой мамы, Хаяла и ее муж после происшествия выбежали на улицу, но найти обидчика сына не смогли. Семья вызвала скорую помощь и полицию. Врачи зафиксировали следы от ударов, а сотрудники полиции забрали семью в отдел для составления заявления. Пока полицейские не сообщали родителям мальчика о новых деталях.
Хаяла рассказала, что у ее сына Вусала наблюдается задержка психического развития. Мальчик находится на индивидуальном обучении в школе № 34 города Волжского в 4-м классе. Ребенок регулярно наблюдается у психолога. Во вторник, 5 ноября, семья обратилась к своему специалисту, который по результатам беседы сообщил, что на состоянии ребенка конфликт не отразился.
— Там есть камера, но мне удалось узнать, что она частная. Пока мы пытаемся связаться с хозяином. Надеемся, что она все зафиксировала, — отметила волжанка.
При этом, Хаяла не отрицает, что сын бил пристройку к чужому балкону. Она сообщила, что там, действительно, есть осколок. Женщина намерена наказать обидчика своего сына. Она обратилась к полиции.
— Прошу сотрудников полиции провести объективное расследование и наказать виновника, чтоб в дальнейшем таких случаев не происходило в нашем городе, — отметила Хаяла.

Вас обманули, оскорбили, унизили? Вам пришлось столкнуться с беспределом власть имущих? А может вы хотите поблагодарить кого-то или высказать идею! «Блокнот Волжского» предоставляет уникальную возможность быть услышанными! Звоните на наш номер WhatsApp 8-929-781-17-07, или пишите на [email protected]

Мария Глоз

Новости на Блoкнoт-ВолжскийВероника Уласевич

Сначала Анну Георгиевну бил муж. Потом — родной сын. Сейчас ей 72 года. И все, о чем она мечтает, — просто жить в своем доме. Но уже полгода она скитается по временным убежищам. Вернуться домой пожилая учительница боится: туда в любой момент может прийти сын и опять избить ее. Анна Георгиевна много раз обращалась в милицию, на сына заводили уголовные дела и сажали в тюрьму. Но когда он возвращался, все повторялось сначала.

«Приходит пьяный — значит можно убегать»

Анна Георгиевна (имя изменено по просьбе героини — прим.ред.) осторожно выглядывает из-за железной двери убежища. Сюда она переехала из регионального кризисного центра в 40 километрах от Минска накануне нового года. А до того жила в частном двухквартирном доме с младшим сыном.

Фото: Александр Васюкович, ИМЕНА

Пока поднимаемся в комнату, 72-летняя женщина жалуется на вечный гастрит:

— Так сегодня сладкого захотелось. Съела пирожное — и теперь вот мучаюсь. Это все оттого, что он меня по животу бил.

Анна Георгиевна заикается, говоря о прошлом. Когда она познакомилась с будущим мужем, он показался ей спокойным и жизнерадостным, молодые люди сразу подружились. Через год сыграли свадьбу, еще через год — родился старший сын.

Все складывалось прекрасно, пока муж не стал выпивать.

— Однажды он пришел с работы выпивший и так схватил меня беременную за волосы и горло, что я неделю отходила в больнице. Это был шок: меня никто никогда до этого не бил. А однажды после очередной пьянки он меня так ударил, что я потеряла сознание, а новорожденный младший сын выпал из рук прямо на пол.

Женщина никогда не обращалась в милицию, терпела побои, не раз уходила от мужа и возвращалась к нему снова, а потом все-таки решилась на развод.

Фото: Александр Васюкович, ИМЕНА

Сыновей женщина воспитывала одна. После развода около года ютилась с малышами в старой школе, где работала учительницей. Потом переехали в свой дом. Старший сын вырос, женился и переехал в другой город. Анна Георгиевна осталась с младшим Сашей.

— Он рос нервным ребенком. Может, головой ударился, когда падал в детстве. Не знаю. В старших классах начал нападать на меня — сначала запустил в меня брикетиной, потом ударил ногой по спине. Не знаю, откуда в нем это. Может, из-за отца.

В 18 лет Саша заявил, что уже взрослый. И стал вести себя как взрослый — выпивать с друзьями.

— Как приходит пьяный — значит можно убегать. Он начинает крушить все подряд. Все, что зарабатывал, — пропивал, требовал с меня деньги. За всю жизнь четыре раза побывал в ЛТП (лечебно-трудовой профилакторий — исправительного учреждения закрытого типа, прим.ред.), а когда возвращался — все начиналось заново.

Первый раз Анна Георгиевна заявила на сына в милицию, когда тот отбил ей пальцы газовым баллоном. Ему тогда дали пару суток ареста. После этого он еще больше обозлился на мать.

Свежие «трусики-носочки» и нож у горла

Пожилая учительница слегка сгорбившись сидит на кровати. Исхудавшая и растрепанная она выглядит уставшей. Вокруг разложены медицинские справки, ответы милиции, постановление об отказе в возбуждении уголовного дела — все документы, которые скопились у нее за время жизни с сыном-агрессором.

Фото: Александр Васюкович, ИМЕНА

Женщина вспоминает, когда в очередной раз отказалась дать сыну деньги на выпивку, он чуть не убил ее. В буквальном смысле слова. Тогда Анну Георгиевну спас сосед, который увидел, как сын избивает мать на пороге дома, и вызвал милицию.

— Если бы не сосед, Сашка бы меня убил. Накануне мы не ругались, но он подлетел ко мне ни с того ни сего, ударил об стенку головой, потом начал бить по животу. Включил радио на всю громкость, чтобы заглушить мои крики. Нож к горлу приставил.

Тогда сына судили и дали два с половиной года тюрьмы. Он постоянно писал маме письма, извинялся, просил прислать ему нормальной еды, а еще — свежие «трусики и носочки». И мама передавала. И надеялась, что сын исправится и весь этот ужас останется в прошлом. Когда он вышел из тюрьмы, все действительно было хорошо: сын все время просил прощения, помогал по хозяйству.

Но перед новым годом как-то вернулся домой выпивший и злой: друг в шутку обозвал его «зэком».

— Я видела, что сын пришел без настроения, но молчала, старалась не провоцировать. Он бросился ко мне и два раза ударил кулаком по голове. Когда пыталась кричать, закрыл мне одновременно рот и нос, я потеряла сознание. Потом связал руки и ноги и снова бил по голове.

Отсутствие состава преступления?

Анна Георгиевна опять написала заявление в милицию и легла в районную больницу с черепно-мозговой травмой. С тех пор она ни разу не видела сына, а дома была всего раз, чтобы забрать необходимые вещи. Знакомая посоветовала ей обратиться в местный кризисный центр. Там Анна Георгиевна прожила около трех недель, а затем ей подсказали номер Убежища — центра помощи женщинам, пострадавшим от насилия. А в возбуждении уголовного дела пожилой учительнице отказали — «из-за отсутствия состава преступления». Теперь она обратилась в Генеральную Прокуратуру с просьбой пересмотреть дело.

— Понимаете, я всего-навсего хочу вернуться домой и спокойно жить, а он меня просто напросто выжил, — в голосе матери слышится обида на сына и отчаяние.

Фото: Александр Васюкович, ИМЕНА

Старшего сына и его семью Анна Георгиевна не хочет стеснять, хотя они и предлагали пожить у них. Она не против ухаживать за какой-нибудь одинокой старушкой и жить с ней, но в ее возрасте на такую работу не берут. Единственным спасением для Анны Георгиевны стало Убежище.

Это место, куда может приехать любая женщина, пострадавшая от домашнего насилия. Здесь ее приютили совершенно бесплатно. Дали кров, чистое белье и самое главное — спокойствие. С ней сразу же стали работать психологи, также здешние специалисты помогли женщине обратиться в больницу и пройти лечение — после побоев она чувствует себя совсем плохо. А с обращениями в прокуратуру ей помогает юрист.

— Ее сына могут привлечь к административной ответственности за побои. Для возбуждения уголовного дела не хватает доказательств — свидетельских показаний, тяжести телесных повреждений, которые бы указывали на удушение или длительное избиение, — объясняет юрист Наталья Неведовская. — То есть у женщины есть выбор: либо привлечь сына к административной ответственности и потребовать компенсацию морального вреда, либо обжаловать Постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в Прокуратуре и ставить вопрос о его привлечении за истязание. Но исход последнего варианта — 50 на 50.

Жизнь после насилия. История Тани, у которой не было 10 рублей на такси, а сегодня она — успешный модельер.

К сожалению, ситуация Анны Георгиевны довольно типична: привлечь к ответственности домашнего агрессора не просто. В Беларуси до сих пор не принят закон о предотвращении домашнего насилия. Даже после обращения в милицию женщина не становится более защищенной, ведь подавляющее большинство таких правонарушений заканчивается просто штрафом.

Что делать в подобной ситуации

В борьбе с домашними агрессорами возраст жертвы не столь важен. Молод ты или стар — алгоритм защиты одинаковый.

1. Главное — собрать максимальное количество доказательств:
— записывать происходящее на диктофон
— привлечь свидетелей происшедшего
— записать номер 102 в быстрый дозвон. Первые фразы при вызове милиции записываются и хранятся, поэтому можно сразу указать на факт побоев и назвать фамилию агрессора
— сразу писать заявление в милицию и тут же проходить судебно-медицинскую экспертизу.

2. Став жертвой насилия со стороны родственника или знакомого, нужно требовать вынесения защитного предписания. Его назначают на срок от 3 до 30 суток, оно запрещает агрессору приближаться к пострадавшему человеку, иначе — штраф или арест.

3. Если вы столкнулись с ситуацией насилия и боитесь обращаться в милицию, позвоните на горячую линию Убежища +375 29 610 83 55 (в любое время суток)

Как вы можете помочь

Организация «Радислава» создала Убежище — безопасное место, куда могут обратиться за помощью женщины в кризисной ситуации из любой точки Беларуси. Здесь они получают жилье, психологические и юридические консультации специалистов, тут жертвам насилия помогают выйти из кризиса, трудоустроиться, вернуться к нормальной жизни.

Убежище работает благодаря вашей помощи. Нажимайте кнопку Помочь и оформляйте подписку (ежемесячное автоматическое списание средств с карточки в пользу проекта) или делайте разовый перевод на любую удобную сумму. Помочь проекту можно также через систему ЕРИП (алгоритм оплаты см.ниже).

В Калининграде отец несколько раз ударил своего 12-летнего сына, когда делал с ним уроки. О семейном конфликте стало известно после того, как мама ребёнка обратилась к медикам. Серьёзных травм мальчик не получил, но в ситуации пришлось разбираться полицейским и органам опеки.

14 апреля мужчина помогал сыну выполнить домашнее задание. В процессе подготовки вспыхнул конфликт и отец несколько раз ударил ребёнка. Мать заступилась за отпрыска, супруги поскандалили. Женщина вызвала скорую помощь и ребёнка отвезли в Детскую областную больницу с подозрением на сотрясение головного мозга и острой реакцией на стресс. Мальчика обследовали, медики не обнаружили никаких травм, кроме нескольких синяков, но в правоохранительные органы об избиении школьника сообщили.

«Ребёнка осмотрели медики и отпустили домой. Наши специалисты связались с отцом и матерью мальчика, но их заверили что у них все прекрасно. Никто из членов семьи не высказал никаких претензий. Но из-за того, что обращение всё же было, к ним выходили и органы опеки, и полиция. Родителям предложили помощь психолога, но они отказались. Возможно, напрасно», — говорит уполномоченный по правам ребёнка Ирина Ткаченко.

Детский омбудсмен отмечает, что многим родителям дистанционное обучение детей даётся нелегко. Особенно сложно приходится семьям, в которых несколько детей.

«Я призываю всех набраться терпения. Постарайтесь побольше уделять внимание детям. Не нужно требовать от ребёнка слишком многого, когда у него что-то не получается и есть сложности с пониманием материала. Многие дети сейчас в стрессе: думают, как закончить этот год, как сдать экзамены, куда поступить. Кому-то сложно даётся учёба на дому. Родители должны быть мудрее, от них требуется выдержка, спокойствие, поддержка и помощь, но ни в коем случае не рукоприкладство», — говорит Ирина Ткаченко.

Она отмечает, что при необходимости, через педагога можно организовать онлайн-консультацию родителей со школьным психологом. На вопросы калининградцев всегда готовы ответить на горячей линии министерства образования. На сайте ведомства есть телефоны, по которым дадут консультацию и детям, и родителям, в том числе, по вопросам дистанционного обучения.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *