Роды на 31 неделе

Каждый год в Беларуси около четырех с половиной тысяч детей рождаются раньше срока. При этом у более 250 из них экстремально низкая масса тела — до 1000 граммов. Доношенная беременность — на сроке от 37 до 42 недель. Дети, которые появились раньше, считаются недоношенными. Их выхаживают врачи, а малыши набирают вес в специальных капсулах — кувезах. Например, сейчас в РНПЦ «Мать и дитя» уже полтора месяца выхаживают ребенка, который родился весом 480 граммов.

Фото: Reuters

У детей, которые родились раньше срока, выше риски к повреждению органов. Но это не приговор. Благодаря врачам с возрастом детям удается избежать многих заболеваний и развиваться так же, как и рожденным в срок сверстникам.

Но в случае с рано рожденными детьми важна и реабилитация. С мая этого года в Беларуси официально начало работать общественное объединение родителей недоношенных детей РАНО. Они уже консультируют более 500 таких семей. И многие говорят, что именно здесь нашли психологическую поддержку и нужную информацию по реабилитации малышей.

Мамы рожденных рано детей рассказали TUT.BY, с чем им пришлось столкнуться и как они не теряют веру в лучшее.

Ответы неонатолога

Ольга Мирошниченко, врач-неонатолог, заведующая отделением реанимации и интенсивной терапии новорождённых Новгородского областного роддома, кандидат медицинских наук, доцент кафедры акушерства, гинекологии и педиатрии НовГУ.

— Какие сложности чаще всего возникают у недоношенных детей в первые дни жизни?

— Частота появления на 2500 родов в среднем 200–300 недоношенных детей, требующих лечения в отделении реанимации. Родившись раньше, они не успевают развить свои органы и системы, поэтому чаще всего сталкиваются с проблемами со стороны дыхательной, пищеварительной, сердечно-сосудистой систем.

Сейчас определяют среди недоношенных детей:

  • родившихся с экстремально низкой массой тела (до 1 кг);
  • очень низкой массой тела (от 1 до 1,5 кг);
  • с низкой массой тела (до 2,5 кг).

— Сколько времени обычно проводят у вас в отделении такие младенцы?

— Такие дети, как правило, требуют постоянного наблюдения в отделении реанимации от 3 дней до 1,5–2 мес, в зависимости от тяжести состояния при рождении.

— Из чего состоит выхаживание недоношенных детей?

— При рождении им может потребоваться помощь в виде дыхательной поддержки (это искусственная и вспомогательная вентиляции лёгких), поддержки артериального давления (с помощью лекарства), питания (парентеральное и энтеральное — сцеженным грудным молоком) и многое другое.

В лечении детей мы стараемся огромное внимание уделить охранительному режиму и привлечению родителей. Их забота и любовь творит чудеса! Очень важны проведение метода кенгуру (когда близкий родственник согревает своим теплом ребёнка у себя на груди) и постоянное общение мамы с ребёнком, уход за ним.

Проблема

По оценкам, 15 миллионов детей ежегодно рождаются слишком рано. Это более чем каждый десятый ребенок. Приблизительно один миллион детей ежегодно умирают из-за осложнений, связанных с преждевременными родами.1 Многие выжившие дети страдают от пожизненной инвалидности, включая трудности в обучении, а также проблемы со зрением и слухом.

Во всем мире преждевременные роды являются основной причиной смерти детей в возрасте до пяти лет. Почти во всех странах с надежными данными показатели преждевременных родов возрастают.

В мире наблюдаются огромные неравенства в показателях выживаемости. В странах с низким уровнем дохода половина детей, рождаемых на сроке до 32 недель беременности (на два месяца раньше), умирает из-за отсутствия практически осуществимых, эффективных по стоимости мер вмешательства, таких как обеспечение тепла, поддержка грудного вскармливания и основные виды медицинской помощи в случае инфекций и трудностей с дыханием. В странах с высоким уровнем дохода почти все такие дети выживают. Субоптимальное использование технологий в условиях со средним доходом приводит к увеличению бремени инвалидности среди преждевременно рожденнных детей, переживших неонатальный период.

Решение

Более трех четвертей рожденных преждевременно детей можно спасать благодаря практически осуществимому, эффективному по затратам уходу, например путем оказания основных видов помощи во время родов и в послеродовой период каждой матери и каждому ребенку, а также с помощью антенатальных инъекций стероидов (беременным женщинам с риском преждевременного начала родовой деятельности с целью укрепления легких детей), и применения «метода кенгуру» (обеспечение контакта «кожа к коже» между матерью и ребенком и частое грудное вскармливание), и лечения антибиотиками инфекций новорожденных.

Так, например, непрерывность акушерского наблюдения в условиях, где есть эффективные акушерские службы, позволяет снизить показатели преждевременных родов примерно на 24%.

Предотвращение смерти и осложнений в результате преждевременных родов начинается со здоровой беременности. Качественная медицинская помощь до и во время беременности, а также в период между беременностями обеспечивает позитивный опыт беременности для всех женщин. Руководящие принципы ВОЗ по дородовому наблюдению включают ключевые мероприятия, позволяющие предотвратить преждевременные роды, такие как консультирование по вопросам здорового рациона и оптимального питания и в отношении употребления табака и наркотиков; измерение плода, в том числе с помощью ультразвука, для определения срока беременности и выявления многоплодной беременности; и, как минимум, 8 контактов со специалистами здравоохранения в течение беременности для выявления и ведения других факторов риска, таких как инфекции. Улучшение доступа к противозачаточным средствам и расширение прав и возможностей может также привести к снижению преждевременных родов

Почему происходят преждевременные роды?

Преждевременные роды происходят по разным причинам. В большинстве случаев преждевременные роды происходят спонтанно, но некоторые в результате раннего стимулирования родовой деятельности или проведения кесарева сечения как по медицинским показаниям, так и по немедицинским причинам.

Общие причины преждевременных родов включают многоплодную беременность, инфекции и такие хронические состояния, как диабет и высокое кровяное давление; однако часто причина остается не выявленной. Оказывают воздействие также и генетические факторы. Лучшее понимание причин и механизмов будет способствовать разработке способов предотвращения преждевременных родов.

«Вопрос младенческой смертности всегда был политическим»

Вопрос младенческой смертности в последнее время стал политическим. Наверное, поэтому так остро развиваются пациентские скандалы, связанные с роддомами?

Вопрос младенческой смертности всегда был политическим. Это социально значимый параметр, определяющий положение страны в плане развития. У нас в целом по стране младенческая смертность за десять лет существенно уменьшилась. Однако в последние два года темпы снижения замедлились. Наше правительство говорит, что это плохо. С точки зрения врачей — это не совсем так. Есть объективные причины, которые с наскоку не преодолеешь.

Первичное снижение смертности произошло за счет качественного насыщения больниц аппаратурой, за счет строительства перинатальных центров. Это сразу же дало результат. А теперь эти показатели вышли на плато. Другое дело, что плато, допустим в Калининграде, Санкт-Петербурге, — это одно. Там показатели смертности — на европейском уровне. То есть очень низкие. А есть регионы, где смертность высока — Алтайский край, Еврейская автономная область, Магаданская. Там нехватка врачей, нехватка оборудования, очень большие расстояния, трудности маршрутизации. И с этим очень трудно что-то сделать.

Мы не компактная Швейцария. У нас огромная страна со сложными географическими условиями. Есть регионы, откуда мы не можем даже на вертолете доставить женщину. Я в свое время очень много времени провела на Чукотке, смотрела службу родовспоможения. Часто, если там рождается недоношенный ребенок, ты ему никак не поможешь.

Там нет хороших больниц?

Там все есть, но в одном городе — в Анадыре. А если женщина в другом месте родила, то часто она может оказаться отрезанной от мира. Есть периоды, когда даже самолеты не летают: пурга, еще что-то. И с маршрутизацией тоже не подгадаешь. Потому что когда ждешь первенца — не собираешься же рожать в 24 недели. Это если ситуация с родами повторяется, то можно что-то спланировать, приехать на «опасном» сроке поближе к специализированной помощи…

Правда ли, что в последнее время стало больше рождаться недоношенных?

Нет, их количество стабильно. Это примерно 7-10 процентов от всех новорожденных. Существенно выросла их выживаемость.

На родительских интернет-форумах одна из самых «разжигающих» тем — о том, что дети, которых «выбраковала» природа, плохо влияют на качество генофонда. Есть ли основания так думать?

Чтобы «выжившие» могли влиять на популяцию, их должно быть в процентном соотношении много. Например, 26-недельных очень мало — не больше двух процентов от всех родившихся. Это никоим образом не может на что-то повлиять.

Я знаю, что одно время обсуждали: а что будет, если мой ребенок женится в будущем на том, кто был когда-то недоношенным, не пострадает ли генофонд? Во-первых, могу сказать, то, что касается детей, рожденных после 30-й недели, — они совершенно здоровы, адаптированы и ничем не отличаются от других. Они сами рожают прекрасных здоровых детей, мы уже видели многие поколения. Опасность преждевременных родов не передается по наследству. И обычно над недоношенными детьми трясутся, ими много занимаются. Так что в плане развития эти дети могут дать фору другим.

А что касается детей, родившихся 5-6-месячными, то когда они догоняют сверстников, важно, чтобы родители продолжали с ними активную жизнь, а не занимались охранительным режимом. Нужны песни, пляски, спорт. У этих детей есть особенности поведения. Но сейчас есть центры, которые курируют такие семьи. Если детьми заниматься — все будет отлично. Я смотрю на этих детей регулярно. И у меня стал значительно более оптимистичный взгляд. Например, частота хронических заболеваний среди них приближается к норме. То есть она не выше, чем в популяции. Шанс на полноценную жизнь есть у каждого, даже самого безнадежного, на первый взгляд, ребенка.

Руководящие принципы для улучшения результатов преждевременных родов

ВОЗ разработала новые руководящие принципы с рекомендациями для улучшения результатов преждевременных родов. Этот набор ключевых мероприятий может улучшить шансы для выживания и показатели здоровья преждевременно рожденных детей. Руководящие принципы включают мероприятия для матери, такие как стероидные инъекции перед родами, предоставление антибиотиков после отхода вод до начала схваток и сульфата магния для профилактики неврологических нарушений у ребенка) и мероприятия для новорожденного ребенка, такие как термальный уход (по методу кенгуру), поддержка кормления, безопасное использование кислорода и другие виды лечения, облегчающие дыхание ребенка.

  • Руководящие принципы с рекомендациями для улучшения результатов преждевременных родов — на английском языке

В настоящее время ВОЗ координирует проведение двух клинических испытаний, которые называются «ACTION» (аббревиатура для Antenatal Corticosteroids for Improving Outcomes in preterm Newborns – применение кортикостероидов в дородовой период для улучшения показателей здоровья у недоношенных новорожденных), среди женщин, которым угрожает риск преждевременных родов:

  • Многострановое исследование в области незамедлительного применения «метода кенгуру» (по действующей в настоящее время рекомендации, этот метод следует начинать применять лишь после стабилизации состояния ребенка) в Гане, Индии, Малави, Нигерии и Объединенной Республике Танзания.
  • Внедренческое исследование в области расширения масштабов применения «метода кенгуру» в Индии и Эфиопии.

В рамках этих испытаний будут оценены безопасность и эффективность использования стероидных инъекций для женщин и недоношенных новорожденных в странах с низким и средним уровнем дохода.

«Это моя дочка, и я ею горжусь»

София родилась на сроке 30 недель весом 1480 граммов. Ее маме, Анне, сделали экстренное кесарево сечение. Она говорит, что в диагнозе указано: преждевременные роды произошли из-за внутриутробной инфекции.

— Начали идти воды, я обратилась в женскую консультацию, нас сразу же отправили в роддом, там сделали тест и подтвердили, что это воды. Решили не сохранять, опасаясь рисков, и сделали кесарево, — рассказывает она. — Когда все произошло, было очень страшно. Это сейчас уже… И то, наверное, если я начну углубляться, то вспомню. А это очень тяжело. Произошедшее стало хорошей проверкой для семьи. Потому что ты весь на нервах, дома еще один ребенок, муж… Но мы прошли эту проверку, и я поняла, что удачно вышла замуж, потому что мой муж всегда подставлял плечо и поддерживал.

Анна Корделюк вместе с дочерьми Софией, 3,5 года, и Настей, 5 лет.

Сразу после рождения София сама не дышала.

— Но достаточно быстро ее сняли с аппарата искусственной вентиляции легких, потому что на шестые сутки уже делала попытки дышать самостоятельно. Затем кишечник не выдержал наращивание питания, и у нас случился перитонит. В 17 дней ей сделали операцию, на живот вывели стому (отверстие, где кишка выводится на переднюю брюшную стенку. — Прим. TUT.BY). Это делают специально, чтобы разгрузить кишечник. Помню, когда мы с мужем пришли в реанимацию, увидели, что она реально фиолетового цвета. Просто фиолетовая. Сильно упал уровень тромбоцитов, и началось кровоизлияние. Нам сказали: все, готовьтесь. Мы пошли в церковь.

С Софией всегда все было волнами: вроде становится лучше и все хорошо, а потом резко плохо. И когда ее состояние стало более-менее стабильным, возникли проблемы со зрением: диагностировали ретинопатию (поражение сетчатой оболочки глазного яблока. — Прим. TUT.BY). Девочку перевезли в РНПЦ «Мать и дитя» и там спасли зрение.

— Сделали чудо. Да, мы носим очки, у нас небольшой минус по зрению, но она видит сама, — говорит ее мама.

София в кувезе. Здесь ей один месяц и несколько дней. Фото: предоставлено Анной Корделюк

Анна открыто обо всем рассказывает и говорит, что это часть их жизни. Она вспоминает, что когда девочка лежала в кувезе и ее выхаживали, пятка Софии была размером меньше маминого мизинца.

Всего Софии сделали семь операций, после последней она перестала говорить. Родители сейчас активно с ней занимаются, чтобы вернуть навыки.

— На фоне кровоизлияния был высокий риск ДЦП. Но мы много занимались. В Бресте есть центр реабилитации «Тонус», и мы регулярно туда ходим. У нас нет ДЦП, но с левой стороны у нее слегка нарушена координация. Она пользуется и левой рукой, но если присмотреться, то немного коряво, еще она слегка прихрамывает.

Сейчас Софии 3,5 года, и в этом году она пошла в обычный детский сад.

— Я поняла, что это моя дочка, и я ею горжусь, я ее очень люблю, она сильная, классная. И сейчас я не считаю, что у нее есть какое-то отличие от других детей. Просто, как говорит одна мама из нашей организации (объединения РАНО. — Прим. TUT.BY), у нас было фееричное появление на свет.

«Аришка быстрее развивалась и вытянула брата за собой»

У Марины Коноваловой в новогоднюю ночь на 30 неделе беременности родились двойняшки: Ярослав весил 1290 граммов, Арина — 1300 граммов.

Марина Коновалова с сыном Ярославом и дочкой Ариной, которым в новогоднюю ночь исполнится 5 лет

— Мы лежали на сохранении в больнице, и у меня началась отслойка плаценты, сделали экстренное кесарево. Был шок. До последнего не верила, что сейчас все произойдет и дети родятся. Я понимала, что 30 недель — это, конечно, очень рано. Когда они родились, никто хороших прогнозов не давал. По поводу Ярослава сказали, что если трое суток проживет и состояние стабилизируется, то его смогут забрать в РНПЦ «Мать и дитя». Аришка была покрепче. Ее туда перевели утром после родов, Ярослава забрали вечером.

Арина. Она родилась весом 1300 граммов. Фото: из личного архива семьи

Марина рассказывает, что Ярослав 30 дней был на аппарате искусственной вентиляции легких, у него было кровоизлияние в мозг третьей степени, при этом последняя степень у детей — четвертая. Также врачи диагностировали ретинопатию недоношенных, и ему сделали две операции на глаза.

Ярослав. Он родился весом 1290 граммов. Фото: из личного архива семьи

Арина начала сама дышать на восьмой день, у нее были те же диагнозы, что у брата, но в легкой степени.

— Аришка быстрее развивалась и вытянула брата за собой. Сейчас дети занимаются балетом, ходят в обычный детский сад. Ярослав очень любит петь, кататься на велосипеде. Очень хороший мальчик, и Аришка тоже очень хорошая, — говорит Марина.

«Беременность проходила хорошо, никаких патологий не было»

Алина родилась на 26 неделе и весила 990 граммов. Сейчас девочке 1 год и 4 месяца. Ее мама, Яна Бородина, рассказывает, что в день, когда девочка появилась на свет, они с сыном позавтракали — и у нее начались схватки.

Яна Бородина с дочкой Алиной, которой сейчас 1 год и 4 месяца

— Я вызвала скорую, нас отвезли в РНПЦ «Мать и дитя», там экстренно приняли роды. Ребенка забрали в реанимацию, где мы провели 2,5 месяца на аппарате искусственной вентиляции легких, потом перевели в отделение недоношенных детей, там мы еще провели три недели. У нас были кровоизлияние, пневмония, операции на оба глаза. Но сейчас Алина благодаря врачам — полноценный и хороший ребенок, — говорит Яна.

Она отмечает, что тот день, когда все произошло, особо и вспоминать не хочется.

— Беременность проходила хорошо, никаких патологий у меня и ребенка не было. Но когда это все случилось, был сильный стресс. Говорили, что неизвестно, будет ли жить ребенок и как дальше все станет развиваться. Это была темнота, и не было видно света в конце туннеля. Но когда ты понимаешь, что ребенку тяжелее, чем тебе, и никто не сможет помочь ему так, как мать, ты собираешь силы и волю в кулак, молишься и каждый день пытаешься сделать что-то, чтобы его спасти. Я очень благодарна врачам, которые выходили мою Алину.

Сейчас, по словам мамы, Алина вместе с братом постоянно играют в догонялки, и особенно ей нравится хулиганить: кидаться игрушками и стягивать носки.

«Врач сказала, что живем одним днем»

Фото: предоставлено героиней материала

Маленькая Аня родилась у Ксении Ипполитовой на 27 неделе беременности. На тот момент у женщины уже была семилетняя дочь. Сначала вторая беременность протекала хорошо, но после 20-й недели у Ксении отказала почка. Это случилось из-за развивающегося плода, который начал оказывать давление на другие органы. Ситуация с отказом почки повторилась трижды, организм уже не справлялся, и в итоге начались преждевременные роды.

Уже отошли воды, и надо было срочно принимать решение об экстренном кесареве. Мне дали подумать две минуты. В голове была только одна мысль, чтобы спасли ребенка. О себе я в этот момент не думала.

Девочка родилась весом 980 граммов при росте 36 сантиметров. Ксения вспоминает, что «увидела только маленькие ножки, которые болтались в трех метрах» от нее, и очень удивилась, что дочь запищала. Врачи сразу принялись реанимировать новорожденную.

«Когда я увидела ее на следующий день, ощущения были ужасные, – говорит Ксения. – У меня подкосились ноги, стало очень плохо от вида моего ребенка в таком состоянии. Она была вся в трубочках, памперс до ушей – мало приятного. Врачи никаких прогнозов не давали».

Фото: предоставлено героиней материала

Ночью ко мне пришла реаниматолог и сухо рассказала, что живем одним днем, готовимся к худшему. Врачи действительно не вправе говорить, что все будет хорошо. К сожалению, других случаев очень много. Неонатолог, заведующий отделением реанимации и интенсивной терапии имени профессора А. Г. Антонова ФГБУ «НМИЦ АГП им. В. И. Кулакова» Олег Ионов рассказал Москве 24, что эффективность выхаживания глубоко недоношенных детей зависит от целого комплекса технологий. Среди них особенно выделяются следующие:

– антенатальная профилактика стероидами, когда женщине при угрозе преждевременных родов проводят курс гормонов, который способствует созреванию у ребенка целого ряда органов и систем, включая легкие;

– максимально возможное пролонгирование беременности c использованием специальной терапии;

– технологии, направленные на стабилизацию жизненно важных систем (дыхательной системы, системы кровообращения, профилактика и лечение инфекции, антибактериальная терапия и другое);

– правильно подобранная технология вскармливания малышей, у которых желудочно-кишечный тракт еще не созрел и не готов полноценно принимать материнское молоко;

– технология теплосбережения (температуру тела глубоко недоношенных детей нужно поддерживать в диапазоне 36,5–37,5 градусов. Если даже меньше чем на градус выйти из этого диапазона, смертность увеличивается на 20%).

Ксения не теряла надежду на чудо, хотя с каждым днем проблемы только прибавлялись. Врожденная пневмония, внутрижелудочное кровоизлияние второй степени (ВЖК 2), ретинопатия (поражение сетчатки глаза), открытый артериальный проток и куча других диагнозов, которые могли повлечь за собой необратимые последствия, включая инвалидность.

Пока дочь находилась в реанимации, Ксении позволяли видеть ее только по одному часу в день. И она с большим нетерпением ждала этого часа, чтобы взглянуть на маленькую Аню, погладить ее пальцы длиной с ширину взрослого мизинца и голову размером с женский кулачок. Однажды в реанимации прямо на глазах Ксении ее дочь стала меняться в цвете: сначала синеть, потом краснеть, затем белеть. Показатели падали, и пришлось срочно бежать в коридор за врачом, девочку интубировали для того, чтобы она смогла задышать.

Тогда я поняла, насколько близка грань. Опять трубка в горле, опять на ИВЛ… Я села и впервые сильно расплакалась прямо в коридоре. Это очень тяжело, когда ты каждый день приходишь и думаешь: ну все, сейчас мы раздышимся и уедем счастливые домой, а видишь обратную картину…

Фото: предоставлено героиней материала

Иногда молодая мама даже ругалась на дочь, говорила, что хватит лежать в больнице, где все мешает и пищит, что дома у нее чудесная кроватка, там ее любят и ждут. Удивительно, но после таких «разговоров» у Ани наступали улучшения.

В итоге малышка провела в больнице 76 дней, а после выписки еще был долгий период восстановления, три курса реабилитации и лечение на дому. Мама немного успокоилась только после того, как Аня сделала первые шаги в год и четыре месяца. В 2,5 года она уже пошла в обычный детский сад и в свои 4,5 сегодня ничем не отличается от сверстников.

Удивительно, но Аня очень любит врачей и различные медицинские манипуляции с собой. Спокойно лечит зубы, с интересом бежит сдавать кровь и обожает ездить в реанимацию в гости. Мама Ксения, пройдя нелегкий опыт, стала волонтером и теперь помогает другим мамам недоношенных детей преодолеть подобные ситуации.

Двойня Степановых

Фото: предоставлено героиней материала

В семье Степановых растут здоровые мальчики-двойняшки, хотя еще год назад их жизни были под угрозой. Зачатие у Юлии произошло после второй попытки ЭКО, когда прижились два эмбриона. Но уже со второй недели беременности начались госпитализации: были отслойки хорионов (оболочка, которая возникает вокруг плода в очень ранние периоды его развития) и угрозы выкидышей. Почти весь период беременности Юлия провела на сохранении, с перерывами в две недели ее госпитализировали шесть раз.

Причиной преждевременных родов стало ИЦН (истмико-цервикальная недостаточность – резкое укорочение шейки матки). На 25-й неделе Юлию на скорой увезли в роддом при ГКБ имени С. С. Юдина. Под капельницами удалось сохранить плод еще на две недели, после чего с помощью экстренного кесарева на свет появились мальчики весом 900 и 990 граммов.

У меня был такой стресс, я даже не услышала, как они запищали. Звук был такой, как будто мышь пищит, так тихо. Было очень страшно, они такие маленькие, синие.

С каждым новорожденным работали по 3-4 неонатолога, мальчиков показали маме издалека и сразу забрали в реанимацию. Юлия увидела своих детей в кувезе на следующий день. «Я поковыляла на другой этаж со швом после кесарева, все болело. Пришла туда, и мне запретили плакать. В реанимации возле кувезов всем мамам запрещают плакать, потому что дети все чувствуют», – вспоминает женщина.

Фото: предоставлено героиней материала

Имена парням дали на третий день. Врачи уже подгоняли: «Ну как это, Степанов первый, Степанов второй? А имена все никак не дадите». В итоге старшего (который родился с большим весом) назвали Ромой, а младшего – Женей.

Первые 10 дней прогнозов никто не давал: многое зависело от того, как прошли роды, как сработали врачи в первые минуты после рождения малышей и какие диагнозы проявятся после рождения. Целый месяц двойняшки пролежали в реанимации в отдельных боксах, Юле нельзя было их трогать. Как только один из малышей держался за мамин палец, у него сразу падал уровень насыщения крови кислородом, становилось тяжелее дышать. Впервые Юле разрешили подержать на руках сыновей спустя месяц.

Когда первый раз я взяла старшего на руки, эмоции переполняли, и я разрыдалась от счастья. Только в тот момент я поняла, что я – мама.

Врачи постоянно держали Юлю в курсе того, что происходит с ребенком, для наглядности даже рисовали схемы. А Юля старалась согреть детей своей любовью: читала им сказки, пела песни, рассказывала, что дома их ждет серая кошка Мурка и уже куплены кроватки с игрушками. Через какое-то время мальчики через зонд стали пить грудное молоко, а бабушка связала внукам шапочки, носки и игрушки-осьминоги.

Фото: предоставлено героиней материала

«Все выхаживание у нас было как на американских горках, – рассказывает Юля. – Только ты порадуешься, что все хорошо, и опять случается какая-то ерунда: то дышит хуже, то новая инфекция, второй ребенок вообще перенес две пневмонии. У обоих были операции на глаза и низкий гемоглобин».

На следующий день после операции младший у меня на руках перестал дышать и посинел. Тогда мне показалось, что все, мир рухнул.

В итоге дыхание возобновилось меньше чем через минуту, врачи оперативно сделали переливание крови. Юлия признается, что после таких ситуаций стала очень мнительной и даже после выписки бегала к врачу при каждом подозрении на невралгию или другие проблемы у ребенка. В общей сложности старший Рома пролежал в больнице 2,5 месяца, а младший Женя – 3,5 месяца.

За последние три года в России наблюдается стабильно высокий процент выживаемости недоношенных детей. По данным Минздрава РФ, в 2019 году в организациях родовспоможения системы здравоохранения Российской Федерации родилось 89,7 тысячи недоношенных детей, из них удалось спасти 87,5 тысячи – 97,6% от числа всех родившихся.

Сегодня парням уже исполнился год, по развитию они практически догнали своих ровесников. «День рождения мы отмечаем, когда они родились. А если смотрим на какие-то показатели, например когда пошел, заговорил или начали прикорм, то вычитаем месяцы. Где-то по возрасту уже догнали, где-то на месяц отстают, хотя имеют право отставать на 3,5 месяца», – отмечает Юля.

Сегодня их лечащие врачи сами удивляются хорошим результатам, а родители двойняшек Ромы и Жени даже не верят, что дети родились недоношенными. Кошка Мурка уже смотрит на них с опаской, потому что, видя активность братьев, понимает, какая веселая жизнь ее ждет.

Половину срока – мама, вторую половину – врачи

Фото: предоставлено героиней материала

Кристина Горбунова лежала на сохранении в больнице четыре недели, и когда уже пора было выписываться, у женщины открылось кровотечение и начались схватки. Через два дня Кристина самостоятельно родила дочь Василису. Девочка весом 850 граммов увидела этот мир на 23-й неделе развития.

Мы только забегаем в родильное отделение, и врач начинает кричать: «Экстренные роды, 23 недели, все сюда». Я только с кушетки перелезла, передо мной уже стоял консилиум врачей из 20 человек.

В течение трех дней, когда шли схватки, врачи объясняли Кристине, что ребенок родится недоношенным и могут возникнуть проблемы. Кристина уже видела опыт соседки по палате и примерно понимала, что ее ждет. А дома в то время за нее переживали муж и старший 2,5-годовалый сын.

Когда ее вытащили и положили на стол, я повернула голову и закричала: «Василиса, дыши!» Я понимала, что на сроке 23 недели такие дети практически не выживают.

«Для ее срока 850 граммов – это огромный вес, это и спасло Василису, – рассказывает Кристина, которая все равно не поверила своим глазам, когда впервые увидела дочь. – Медсестра подняла одеяло, и я вижу перед собой нечто. У меня тогда был ступор, ребенок помещался у меня в ладони. Это даже не буханка хлеба».

Фото: предоставлено героиней материала

В родильном доме 4 при ГКБ имени Виноградова новорожденная находилась 10 дней, потом ее перевели в Филатовскую детскую больницу. Врач сообщила, что предстоит долгий путь восстановления, но надо бороться. Перед предстоящей операцией врач сказала Кристине: «Если она переживет эту операцию, мы с вами здесь надолго. Если нет, мы с вами очень быстро попрощаемся». Для молодой мамы эти слова прозвучали как гром, она вышла из кабинета в слезах.

После операции началась реальная борьба за жизнь Василисы. У нее были все возможные и невозможные для недоношенного ребенка диагнозы, включая ретинопатию, ВЖК второй степени, поражения головного мозга, проблемы с легкими, паховые и пупочные грыжи.

Мне сразу сказали готовиться к тому, что это будет овощ. Никто никакие шансы давать не мог, срок вынашивания очень маленький, таких детей один на миллион.

Перенести тяжелые переживания Кристине помог муж, пообещав, что сделает все возможное, чтобы ребенок был здоров. Он приезжал в больницу по три раза в день, при этом успевая водить старшего сына в детский сад. После долгого нахождения на ИВЛ, на 40-й неделе Василиса начала вырывать изо рта трубки и дышать самостоятельно. На удивление быстро она начала и сосать мамину грудь, хотя у многих недоношенных детей этот рефлекс не развит. Помогал выздоровлению и старший брат Василисы Максим. Еще будучи в мамином животе, девочка реагировала толчками исключительно на брата, а после ее рождения голос Максима помог ей восстановиться.

Брата допустили к кувезу, и когда он заговорил с Василисой, у нее начали улучшаться все показатели. Тогда врачи попросили записать голос Максима на диктофон, чтобы можно было включать запись Василисе.

Фото: предоставлено героиней материала

Когда Василису выписывали из больницы, она весила 2 470 граммов. В возрасте девяти месяцев семье впервые сказали, что у девочки подозрение на ДЦП. В два с небольшим года этот диагноз подтвердился. Тем не менее многие другие диагнозы были сняты, и в свои пять с половиной лет Василиса продолжает проходить реабилитацию и делать успехи.

Девочка ходит в обычный детский сад, сама кушает, разговаривает и полностью адаптирована к социуму. Конечно, разница с детьми ее возраста немного заметна: Василиса чуть медленнее бегает, у нее особенная координация, речь чуть ниже уровня пятилетнего ребенка, но специалисты говорят, что нужно время.

Сама Кристина также помогает другим мамам недоношенных детей, консультирует их, подсказывает, к каким врачам можно обратиться, где получить психологическую и юридическую помощь. И с огромной благодарностью относится к врачам, которые помогли спасти жизнь ее дочери: «Я все время Василисе говорю, что у тебя есть вторая мама, которая тебе дала жизнь. Мы с заведующей смеемся, что я полсрока выносила ребенка, а она – оставшиеся полсрока».

Героини статьи выражают благодарность московским роддомам и медицинским сотрудникам, спасшим жизнь их детей, рожденных раньше срока:
– ГБУЗ «Детская городская клиническая больница №13 имени Н. Ф. Филатова Департамента здравоохранения города Москвы», коллективу отделения реанимации и интенсивной терапии для новорожденных и недоношенных детей во главе с заведующей Траубе Марией Александровной;

– Родильному дому 4 при ГКБ им. В. В. Виноградова ДЗМ, коллективу отделения реанимации и интенсивной терапии новорожденных во главе с заведующей Обельчак Еленой Вадимовной;

– Родильному дому при ГКБ им. С. С. Юдина, коллективу 1-го акушерского отделения патологии беременности во главе с заведующей Самойловой Юлией Алексеевной и Перинатальному центру во главе с заведующим Маренковым Владимиром Валерьевичем;
– Центру планирования семьи и репродукции (ЦПСиР), коллективу отделения реанимации и интенсивной терапии для новорожденных и недоношенных детей во главе с заведующей Кунях Жанной Юрьевной.

«Я только на третьи сутки узнала, что она жива»

У Людмилы Лариной четверо детей. Из них одна девочка и мальчик родились раньше срока. Ульяна появилась на свет на 27-й неделе и весила 520 граммов, а Дима — на 34-й неделе с весом 1400 граммов.

Людмила Ларина с дочкой Ульяной, которой 2 года и 5 месяцев, и сыном Димой, которому 1 год и 5 месяцев

— Естественно, было страшно, когда Ульяна родилась. Нам никаких гарантий никто не давал. Я только на третьи сутки узнала, что она жива. На 24-й неделе беременности мне делали УЗИ, и все было в порядке, на 27-й неделе снова поехала на УЗИ, и моя гинеколог начала сомневаться, отправила на УЗИ в роддом. Оказалось, что кровоток был нарушен и ребенок мог задохнуться. Мне сделали кесарево. Выхаживали девочку в роддоме № 2, оттуда нас и выписывали. Два месяца она пролежала в реанимации, выписали еще через месяц с весом 2200 граммов. Сегодня у нас все в порядке. Единственное, что была одна операция из-за непроходимости пищи в желудке. Но прооперировали — и все нормально.

Ульяне здесь три дня. Фото: из личного архива семьи

Дима, брат Ульяны, тоже родился раньше срока, и тоже из-за нарушения кровотока. Но в этом случае Людмила уже лежала на сохранении, чтобы был больше срок беременности. В реанимации Дима провел двое суток и сразу сам задышал.

— Я горжусь своими детьми и бесконечно благодарна врачам, что все закончилось благополучно, — говорит она.

«Мы только два месяца, как ходим, практически не разговариваем, но оптимизма не теряем»

Еремей Воронец родился на 30-й неделе, весил 1480 граммов, рост у него был 39 см.

— В 27 недель беременности у меня пошли воды, три недели лежали на сохранении, пытались сохранить как можно дольше. Дорастили до 1480 граммов — и пришлось экстренно делать кесарево, — рассказывает его мама Елена.

Елена Прищиц с мужем, дочкой и сыном Еремеем. Сейчас мальчику 2 года и 10 месяцев, он родился на 30-й неделе беременности весом 1480 граммов

У Еремея шунтированная гидроцефалия (болезнь, когда в желудочковой системе головного мозга скапливается много цереброспинальной жидкости. — Прим. TUT.BY) и стоит шунт. Его мама рассказывает, что он любит играть с сестрой и во всем ей подражать. А когда научился ходить, целыми днями ходит по дому.

— У нас было кровоизлияние, гематома, ребенок сам не дышал. А когда ему стало чуть лучше, обнаружили гидроцефалию, а затем и проблемы с глазками. На глаза сделали операцию — и мы видим. Я знала, что он поправится. Мы его крестили в реанимации в РНПЦ «Мать и дитя», и после этого он пошел на поправку.

Сейчас я не загадываю на будущее. Мы только два месяца, как ходим, практически не разговариваем, но учимся, ходим в специализированный садик и оптимизма не теряем. Мы верим и знаем, что он пойдет в обычную школу и не будет отличаться от других детей. Думаем, что и шунт уберут со временем. Есть процент детей, которым шунты со временем не нужны. Мы на это надеемся.

Мне сказали не волноваться и настроиться на скорую выписку, поставили капельницу с магнезией. Но уже через пару дней начали делать уколы, которые помогают лёгким ребёнка быстрее созреть и раскрыться. У меня возникли сильные отёки, а в анализах мочи появился белок — недобрый знак. Мне дали специальную табличку, в которую нужно было записывать количество выпитой воды и количество мочи. В руку поставили катетер, потому что капельниц стало много. Я почти всё время спала, избегала разговоров с соседками, читала интересную книжку и всё ещё верила, что на выходные поеду за город —воспринимала всё как досадное, но приключение.

Роддом закрывался на проветривание, и комиссия врачей определила, что меня перевезут в другой. В приёмном покое лакмусовой бумажкой измерили белок в моче. По показателям мне было положено кресло-коляска, что меня позабавило, ведь я могла спокойно ходить сама. В новой палате меня ждала портативная капельница, которую я везде носила с собой: она должна была работать 24 часа в сутки — магнезия, конечно. В первую же ночь я проснулась от ощущения, что «закипаю», а во рту появился привкус железа. Я запаниковала, нажала кнопку вызова сестры. «Это магнезий! Так бывает! Спи!» — велела пришедшая женщина. Я стала бояться капельницы, ошибки медсестры, мне казалось, что лекарство только вредит мне и ребёнку. С этой минуты я поняла, что всё действительно плохо, и страх уже не оставлял меня.

На следующий день снова были анализы, многочисленные УЗИ и осмотры. Я пыталась успокоить себя, от безысходности пела мантры, глубоко дышала, пробовала читать. На соседней кровати молодая женщина тоже пела, но у неё были схватки. Наконец, пришла врач и объяснила, что пока ребёнок получает питание через плаценту, но в любой момент это может прекратиться, поэтому завтра меня ждет плановая операция. Примчались муж и свекровь — они не верили, что кесарево сечение необходимо. Собрался целый консилиум врачей, которые, к моему удивлению, пошли нам навстречу и всё объяснили. Параллельно анестезиолог задавала мне вопросы, чтобы подобрать анестезию. Я сказала, что после суточной магнезии стала хуже видеть и ориентироваться в пространстве — она внимательно посмотрела на меня и объявила, что операция будет экстренной. Я едва успела попрощаться с мужем, как меня покатили в кресле по длинному коридору в операционную.

Я не представляла, как проходит кесарево сечение, и была совершенно не готова родить прямо сейчас. Я не знала, как справиться со страхом, пока в отделении реанимации мою каталку не перехватила Настя, совсем юная интерн, которая улыбалась и шутила со мной — вроде как ситуация штатная, всё нормально. Меня колотило, но люди вокруг были спокойны и деловиты, приветливы. Анестезиолог ввела препарат и велела сосчитать до десяти. Я провалилась в сон, мне казалось, что я брожу по каким-то горам. Я до сих пор уверена, что слышала, как закричал мой новорождённый сын, и даже видела, как врач держит его — почему-то за ногу. Это, конечно, невозможно, так как наркоз был общим. Мне сообщили, что операция прошла успешно, а малышу дали 7 баллов из 10 по шкале Апгар, что вообще-то очень приличный результат. По такой шкале оценивают всех новорождённых: смотрят на цвет кожи, пульс, мышечный тонус, дыхание, рефлексы и выставляют эту первичную оценку. Мой сын закричал сам, но потом его лёгкие закрылись, и это сильно осложнило дело — его перевели в реанимацию. Он весил 1900 грамм. Осознать эту цифру я смогла ещё не скоро.

Меня отвезли в палату интенсивной терапии, куда попадают все роженицы после кесарева сечения. Я провела там тридцать шесть часов лёжа на спине, присоединённая к нескольким капельницам. Соседок привозили и увозили, надо мной появлялись лица: сёстры, анестезиолог, заведующая роддомом. Какая-то женщина спрашивала: «Можно сообщить родственникам, что у вас всё в порядке? Почему вы не отвечаете на звонки?» Мне хотелось быть наедине с собой, понять, что произошло, определить своё отношение к этому. Он там один, в пластмассе и холодном свете, ему страшно, одиноко — мне хотелось сделать для него хоть что-нибудь. Я стала представлять, как вокруг кувеза летают ангелы; тогда стало немного спокойнее, и я смогла разговаривать.

На вторую ночь меня наконец отпустили в послеродовое отделение. По всей видимости, тогда мне забыли сделать укол обезболивающего: была глубокая ночь и сестра торопилась освободить койку. Я не смогла встать, так как боль в районе шва была нестерпимой. Сестра стала помогать, и я потеряла сознание. Всем знакомо чувство, когда просыпаешься дома в своей кровати и с облегчением понимаешь, что ты просто видел страшный сон. Со мной произошло ровно наоборот. Из тех же разноцветных гор меня затянуло обратно в реальность, и я с ледяным ужасом осознала: я родила! Раньше срока! Мне нужно встать! Не разгибаясь, я кое-как села в кресло. Когда в палате уже безо всяких церемоний сестра переложила меня на кровать, я снова отключилась, словно Андрей Болконский, которого принесли в полевой госпиталь после сражения.

Утром я очнулась в липком ужасе и боялась пошевелиться, чтобы не почувствовать боль. На второй кровати кто-то спал, укрывшись с головой одеялом. Две пустые железные люльки. Пришла бодрая сестра и сделала долгожданный укол обезболивающего. Пришлось встать, потому что нестерпимо захотелось в туалет; на стуле стояло судно, но я ни за что не хотела пользоваться им в присутствии чужого человека. Отпустить стенку и дойти до туалета у меня не получилось, поэтому я извинилась и приготовилась упасть в обморок — так состоялся наш первый разговор. Я полюбила свою соседку; мы обменялись историями, у неё всё было наоборот: долгие естественные роды в три смены врачей, крупная девочка, теперь тоже в реанимации. Не знаю, в чём было дело, но её присутствие давало мне огромные силы. Она стала мне почти сестрой, самым близким человеком, тем, кто понимает лучше всех.

«Все роды «закрытые», а посещения — запрещены»

«При поступлении в роддом все было очень строго: обязательно нужно надеть маску и бахилы, мужчин не пускают, все пакеты обрабатывают дезинфицирующим раствором. Измеряют температуру, давление, после чего обрабатывают аппарат».

Елена Муравская рожала ребенка 31 марта, на третьей неделе карантина, в роддоме №1 в Киеве. Из-за ограничений в связи с коронавирусом отменили и запланированные партнерские роды.

«Они так и сказали: извините, пожалуйста, но в связи с ситуацией в стране мы должны ограничить партнерские роды, чтобы хоть как-то ограничить себя от новых заражений. Поэтому все роды «закрытые», а посещения — запрещены. Муж может только передать передачу в закрытом пакете. Пакет обрабатывают и поднимают в родильное отделение».

Самих же родов, по словам Елены, изменения не коснулись, а условия пребывания в послеродовом отделении даже улучшились:

«Ребенка сразу выкладывают на грудь и переводят с матерью в палату. Повсюду дезрастворы: в комнатах, туалетах, на посту медсестры. Убирают по 3-4 раза в день. Пытаются изолировать женщин, чтобы даже в двух- или трехместных палатах было по одной роженице с ребенком».

Елена такие меры безопасности поддерживает, и добавляет, что проблемы возникли преимущественно у персонала:

«Я лично считаю, что это правильно, потому что это очень опасно и для родителей, и для детей, и для врачей. Проблемы в основном у персонала. Часто слышу, как они говорят между собой, что остаются на несколько суток, потому что не могут добраться домой. Особенно те, кто живут далеко и вынуждены ехать несколькими видами транспорта. Система доставки персонала не налажена».

«Я впервые за время беременности почувствовала себя беременной»

На тех, для кого роды еще впереди, карантин повлиял еще меньше.

Наталья Гарипова находится на 7-м месяце беременности. Изменений она не почувствовала, впрочем рассказывает о переосмыслении своего состояния благодаря вынужденной изоляции:

«Во время карантина мне впервые удалось остановиться, наконец-то я почувствовала себя и поняла свой настоящий темп. Карантин — это время, когда мы не можем ничего изменить, можем только выбрать, как к этому относиться. Я впервые за всю беременность почувствовала себя беременной, и теперь имею возможность подготовиться к этому духовно. Раньше я думала, что для появления ребенка на свет необходим некий перечень предметов — коляска, пеленки… А теперь поняла, что все намного глубже и интереснее, чем кажется».

Наталья также планирует партнерские роды и верит, что за эти несколько месяцев ситуация улучшится:

«Я буду рожать в частном роддоме, и мы планируем партнерские роды. Я слышала, что в государственных их запрещают, а в частных пока нет. Если же запретят — приму это, я не могу идти против медицинской системы. И надеюсь, к тому времени все станет намного легче».

Информационная гигиена не менее важна чем личная. Мы работаем даже в условиях карантина и заботимся о новостях, которые вы получаете! Поддержите нас на платформе Спiльнокошт! Поддержите независимую журналистику

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *